На главную      Направить обращение      Карта сайта      Версия для слабовидящих

В преддверии Дня района общение с людьми, причастными к развитию Красноселькупа – это возможность окунуться в историю родного края. Николай ЛЫЧКИН не только свидетель перемен, но и их участник. В его воспоминаниях – люди, руками которых маленький населённый пункт преобразовался в благоустроенное развивающееся село.

Май 1978 года. Население района – не более 2 тыс. человек. Жизнь в Красноселькупе напоминает деревенскую: работает совхоз, два магазина, музыкальная школа, два детских сада, почта, столовая, больница, аптека, сельский клуб. Жилые дома – одноэтажные, без центрального водоснабжения (за водой ходили на реку). Два года, как красноселькупцы имеют возможность смотреть телепередачи. Самолёт Ан-2 уже садится не на реку, а на взлётно-посадочную полосу. Основная улица Центральная (ныне 40 лет Победы), второстепенная – Нагорная, так как больше предназначена для пешеходов (выложены тротуары). Грузы перевозит единственная грузовая машина и лошадка.

Всё изменилось с приходом на эту землю в июне 1978 года Красноселькупской нефтегазоразведочной экспедиции глубокого бурения (КНГРЭ). Николай прибыл в райцентр одним из первых:

- На Ямал поехал в июле, как и многие тогда, заработать денег. Вместе со слесарем Валерием Шариковым и контролёром Геннадием Швецовым приехали в Новый Уренгой, зашли в экспедицию в отдел кадров, чтобы узнать, какие требуются специалисты. Вдруг дверь открывает мужчина. Узнав, что мы пришли трудоустраиваться, забрал трудовую и сказал: «Ко мне, в Селькуп!», и ушёл. Я до¬гнал его: «А ты кто такой?». Он развернулся: «Потом узнаешь». Как оказалось, это был начальник КНГРЭ Мамонов Виктор Гаврилович.

Специалисты, желающие поработать в экспедиции, постепенно приезжали в райцентр. Подлетая, пилот кричит нам: «Смотрите, вот ваш Селькуп!». Смотрим и ничего не видим, ведь мы думали, что здесь город. Тогда ещё 8 человек ожидали прибытия Виктора Гавриловича. Нас никто не встретил, куда идти – не знаем. Заняли в аэропорту уголок с креслом. Спали на биллиардном столе, укрывались бархатной шторкой, которую снимали с окна. На 2-3 день на барже приехали ещё шестеро смелых, среди которых специалист по котельным Николай Мартынчук, тракторист Виктор Степанов, дизелист Валентин Кувакин, тампонажник Виктор Ракитянский и др. За 12 дней, которые ранее провели в Тарко-Сале, уже знали многих из 300 человек, ожидавших вылета в Красноселькуп.

Лето нам, южанам, показалось холодным. В районе сегодняшней второй котельной поставили палатку. Установили столб, электрик Виктор Константинов подвёл электричество. Ждали начала работы экспедиции недели две, ходили на рыбалку и заметили – люди здесь отзывчивы, дружны. И вот Мамонов набирает в Красноселькупе первые бригады. В конторе передо мной тракторист достаёт одну трудовую, затем вторую, третью. Мамонов: «Слушай, не надо». Не взял его. Отбор вёл суровый, так как с жильём были проблемы. Тогда набрал опытных токарей, сварщиков, буровиков, меня принял слесарем 4 разряда по котельным установкам.

Вскоре на базе РММ сколотили скамейки и утром собрался первый коллектив. Мамонов сказал: «Мы организовываем экспедицию на 10-15 лет, не больше. Где будет база – решается».

На баржах в Красноселькуп прибыли два балка и трактор, затем – остальная техника. Высокий берег Таза затруднял разгрузку, поэтому пришлось ровнять его в сторону реки. Большая заслуга в этом механика Петра Брухно. Потом подошли баржи с кроватями, матрасами, спецодеждой. Из Тольки везли доски. В конце августа приняли первые два дизеля, две котельные. Запустили электростанцию, теперь электроэнергией можно было пользоваться даже ночью. Начали завозить балки на баржах, которые вы¬гружали и передвигали по селу благодаря 40-метровым баланам. Формировали вагон-городок для сотрудников экспедиции. «Деревья не ломать!» – требовал Мамонов.

Первую скважину забурили 24 декабря 1978 года. Выдали 203 номер первой селькупской группы. До месторождения час езды на вахтовке. Помню, приехали тогда устраиваться на работу три специалиста из южных регионов. Они в туфлях едут на буровую, мы – в валенках. По дороге вахтовка ломается. Идти пешком оставалось 12 км. Мороз тогда был суровый, поэтому они стали приплясывать. Благо, нас догнал тягач. Посадили новичков в кабину… и больше ни в селе, ни на буровой мы их не встречали.

Первую буровую тогда открывала бригада Камиля Бигбулатова (главный инженер Владимир Фольц). Я запускал на промысле котельную, кочегарил дня три-четыре, так как в морозы нельзя было допустить аварии. Трудно тогда было. Вообще, первые два года были самыми тяжёлыми. Чтобы топить печки в нашем вагон-городке, ходили с санями на Калтус. Там стояла баржа с углём, который по осени застыл.

Народ прибывал, и прибывал семьями. Началось активное строительство жилых домов и дорог. Были задействованы 3 пилорамы. Перестраивали ветхие строения под временное жильё, так старый свинарник переделали под общежитие, где жили электрики, кочегары, слесари. Строились здания социального значения, склады. За два-три года вырастали улицы. Мамонов всегда прислушивался к жителям, какие названия дать новым улицам. Так появились Геологоразведчиков, Энтузиастов… «По Геологоразведчиков будем строить 2-4-квартирники!» — говорил Виктор Гаврилович. Район Шанхая тогда быстро разросся, в то время как на северной части села лес рубить было запрещено… Сейчас задумываешься: как это было давно и, вроде, недавно. И мог ли тогда предполагать Мамонов, что его именем назовут одну из улиц райцентра.

Мамонов, как большой хозяин, искренне заботился об устройстве Красноселькупа и от работников требовал ответственности. Увидит: монтажники играют в карты – уволены. Его выражение: «Придёте на базу» – означало то, что работа на Ямале завершена, уезжай домой. Утром заходил в палатки, если увидит, что кто-то проспал на работу, выдаёт 10 рублей и увольняет. Правда, было и понимание... Понимание рабочей ситуации. Когда завезли первую котельную, мы выгрузили, легли спать в шестом часу утра. «Отдыхайте!» – сказал Мамонов. Надо сказать, что он и сам не чуждался тяжёлого физического труда, мог и трос со всеми натягивать, и баржи разгружать.

Мало кто знает, но в 1978 году рассматривался вариант базирования КНГРЭ в Сидоровске. Если бы этот проект был реализован, то все средства Главтюменьгеологии ушли бы на развитие именно Сидировска. Тогда райком настоял на том, чтобы экспедиция располагалась в Красноселькупе, а из Сидоровска было разрешено некоторые жилые дома, в которых уже никто не жил, перевезти в райцентр, но эта идея потерпела крах: 30-летние дома оказались гнилыми.

До ввода котельных в Красноселькупе некоторые печки в учреждениях были на воде, работали по 12-16 часов. Вечером я засыпал в печку 7 вёдер угля, а затем в два часа ночи – столько же. Интернат и котельную топили на угле. С запуском котельных пришлось систему отопления полностью перестраивать. В 1981 году пробурили водяную скважину и начали строить систему центрального водоснабжения, а до того сельчане набирали воду в бутылки, вёдра. Сначала вода появилась в школе, затем в жилых домах.

Сегодня дорога на промзону устлана железобетонными плитами, долгое время она была песчаной, а в далёком 1978 году туда вела тропинка. Если Урал или КрАЗ по ней едет, с колеи не сходит, иначе можно застрять, и техники, способной прийти на помощь, не было. Все, кто работал в экспедиции, весной и летом добирались до конторы, состоящей из 10-12 балков, пешком. Соорудили трапы (некоторые сохранившиеся участки до сих пор напоминают о тех годах).

В посёлке люди также передвигались по трапам. Бывало, идёшь, а здесь же у ног растёт голубика, брусника. Ребятишки на перемене выбегали из школы и тут же на поляну – ягодку собирать! Где сегодня стоят здания Администрации района и пожарной части, раньше были ягодные плантации. А за нашим вагон-городком утки плавали… Удивительное было время! Создавались геологическая партия, строительное управление, АТП, РЭБ флота, ле¬спромхоз, строились школы, детские сады, расстраивались объекты здравоохранения, торговли, культуры. В 1984 году население района было более 5,5 тыс. человек.

Построили магазин ОРС. Привезли на барже полный Урал помидор. Тогда всем, кто работал в экспедиции, досталось по коробке. Школьники увидели: «Яблоков дайте!». Мамонов: «Накормить!». Отдали несколько коробок в школу. Фрукты и овощи были в дефиците. В декабре летели с месторождения в Красноселькуп через Новый Уренгой. Купили к новогоднему столу фрукты. Прилетели – коллеги расхватали, мало что удалось принести домой. Да нам и не жалко. В восьмидесятых одно за другим открывались месторождения. Всего за годы работы нефтегазоразведочной экспедиции их было открыто 26. Эксплуатация каждой – это огромный труд специалистов разных профессий: монтажников, энергетиков, операторов котельных, пусковой комиссии. Большинство тех, кто отдал годы молодости Северу, кто прожил здесь десятилетия и внёс вклад в развитие района – не жалеют, что выбрали этот путь. Я до сих пор работаю на котельной (теперь уже ЭК «ТВЭС»), как и прежде даю людям тепло. Прикипел к Красноселькупу и люблю его всей душой.

Ирина БАТАРЫШКИНА