На главную      Направить обращение      Карта сайта      Версия для слабовидящих

- Все наши корни там, в деревне Володарское Речицкого района Гомельской области, - вспоминает Мария ТОРОЩИНА. – Отец был председателем сельского Совета, и когда стал накатываться вал войны с немецко-фашистскими захватчиками, его было решено оставить для подпольной работы. Самуил Константинович ушел в партизаны. Однажды он и еще четыре человека из их отряда пришли в деревню навестить семьи. Кто-то донес об этом немцам и полицаям. Всех схватили и расстреляли. Наша семья хотела захоронить отца, но немцы дважды выбрасывали тело из гроба. И всё-таки потом он был предан земле…

Многие, наверное, знают, что в Белоруссии во время войны погиб каждый четвертый её житель.

Я хорошо помню Мишу Кострому (эту фамилию носило, пожалуй, полдеревни) и Мишу Беляя – разведчиков из партизанского отряда. Как сейчас они видятся мне молодыми и сильными парнями. Но скосили их немецкие пули. А разве забудется молодая разведчица Аня. Враги поймали её, поиздевались над девушкой и повесили вниз головой на рынке в городе Речи, заставляли людей проходить около трупа. Если кто-то пугался и хотел убежать, того немедленно расстреливали. Я тоже побывала там и поклялась бороться с фашистами, как умею и могу. И я мстила врагу за смерть отца и моих земляков.

В 1941 году мне было 13 лет. Была я небольшого росточка, шустрая. Если надо было идти из своей деревни в Речицу по заданию партизан, то мне они вшивали в платье бумажку с нужными сведениями, и я отправлялась в путь. До сих пор помню, по каким адресам я ходила: на улицу Р. Люксембург и на Безымянную. В городе меня уже ждали, встречали, переодевали в другое платье с запиской, и я шла назад. В деревне меня ждал Павел Ивахно. Помню и фамилии подпольщиков: Александра Ахремчука, Надю Квятковскую и других. Все они, по мере сил и возможности, приближали победу над фашистами. Непростым орешком для фашистов была и наша деревенька. Какое-то время в ней находился штаб партизан, и её дважды бомбили. Было убито много народу, сожжено немало дворов, в том числе и наш. Мы жили в лесах, куренях или, как их называют в Сибири, в шалашах – и зимой, и летом. Приходилось очень трудно, прежде всего, женщинам и детям. Мы жили то в Володарских, то в Шатиловских лесах, около г. Жлобино. Немцы часто прочесывали те места, где были партизаны. В таком случае бросаешь всё и перебираешься на новое место. Нас косили не только вражеские пули, но и грипп, сыпной тиф, заедали вши…

Как моя мама пережила гибель отца? Очень горевала, плакала, но надо было жить, растить детей (а нас у ней было семеро). Она тоже помогала партизанам, пекла хлеб; отдавали всё с огорода.

Хотя всё было связано с риском, находились люди, которые не боялись карателей, старались привозить разный провиант тем, кто сражался с врагом на родной земле. Во многом помогал обеспечивать продуктами партизан бывший работник заготскота Павел Чижик. Гонят скот в Германию – он постарается сделать так, что часть животных оказывается в лесах. Павел погиб у деревни Погулянки, близ Володарского. Были и другие пути обеспечения всем необходимым: подбирали застреленных коней, подрывали поезда, которые шли груженые нашим добром в Германию.

Да и оружие партизанам доставалось непросто. Я была приписана к отряду им. Ворошилова и хорошо знаю, как оно, оружие, оказывалось у ребят. Часть была своего, отечественного, производства, что-то было отбито у противника.

Не забывала нас тогда и Москва. Вы видели кинофильмы о партизанах? Темный лес, ночь. Гудит самолет. Он летит к нам, партизанам, везет оружие, почту. От нас – раненных, тяжелобольных. Помню даже имя летчицы – Анютка, Анна Васильевна. Где она сейчас? Осталась ли жива?

Но были и такие, которым власть кружила голову, тот же Тюфинский. Стал грабить куреня. Одну семью всю перестрелял, забрал их имущество. Когда немцев прогнали из наших мест, над этим человеком был суд. Приговора он не дождался: его прямо в здании суда застрелил лейтенант, вернувшийся с войны, единственный оставшийся в живых из той погубленной семьи.

Помню еще одну подлость. Её совершил мой земляк: он выдал немцам тайник, где хранились оружие, продукты, медикаменты на случай подпольной работы. Часть добра фашисты и полицаи забрали себе, остальное – сожгли. Разные были люди и в то время, по-разному вели себя в войну.

Когда нас освободили, война еще продолжалась. Вначале работала в Речице на хлебозаводе, затем продавцом, потом решила учиться на медсестру. Но, к счастью, к концу моей учебы война закончилась. В 1947 году уехала по вербовке на Дальний Восток. В 1949 году вышла замуж за своего земляка из Гомельской области (он был военным) и вместе объ-ехали почти весь Дальний Восток. И десяти лет не прожили, как он погиб, осталась с тремя детьми. Дальше свою жизнь строила сама. А 1978 году приехала в Красноселькуп и стала работать прачкой в КНГРЭ.

(редакция газеты "Северный край" 2014 г.)